flackelf


Россия,Украина,Беларусь,только вместе мы Святая Русь!


Previous Entry Share Next Entry
Премьер без триумфа. Часть 3.
flackelf
Памяти Виктора Чанова посвящается...

Очерк написан журналистом Александром Тиховодом, которого я у себя неоднократно публиковал, по мотивам воспоминаний старшего брата - Вячеслава Чанова, тоже футбольного голкипера.
Этот материал был подготовлен ещё в 2013 году, то есть ещё при жизни Виктора, поэтому он упоминается в настоящем времени.
Очерк должен был стать основой книги о братьях Чановых, должна была выйти также вторая часть такого же объема. Чтобы ее подготовить, планировалась встреча с Виктором в Киеве, но тут грянул 2014-й и поездка автора на Украину сорвалась. Сам этот очерк фрагментами публиковался в газете "Донецкий кряж" в канун Русской весны.
Предлагаю третью его часть.

Промах, запечатленный в кинематографе

В биографии династии Чановых особое место принадлежит немецкой странице. Отец Виктор Гаврилович одно время играл в звании лейтенанта на первенстве вооруженных сил за команду части, расквартированной в Потсдаме, старший сын Вячеслав завершал футбольную одиссею на территории бывшей ГДР, где еще в 69-м ему была вручена «бронза» юношеского «Евро», а младший – Виктор, в еврокубке дебютировал матчем с «Айнтрахтом» из Франкфурта-на-Майне. В 1988-м, как резервист национальной сборной, боровшейся в Западной Германии за титул чем¬пиона Старого Света, Виктор Чанов удостоился серебряных медалей. Единственную свою встречу в ранге первых сборных Вячеслав провел на плацдарме «бундесманншафт». И, наконец, в соперники «Торпедо» жребий назначил «Баварию» из Мюнхена, среди клубов ФРГ попадавшуюся нашим на официальных турнирах и в прежние, и в последующие годы, наиболее часто.

В оправдание фиаско советских футбольных коллективов приводился аргумент – мол, ранней весной и поздней осенью им не под силу хорошая игра, из-за расписания внутренних соревнований они либо не успевают к очередной стадии престижных международных Кубков набрать форму, либо уже полностью ее растрачивают. Зато в сентябре, считалось, наши команды имеют в функциональной готовности полное преимущество над западными соперниками, которые только-только стартовали в своих чемпионатах. Перспективы же автозаводцев при любом пасьянсе в данном случае вырисовывались мизерные. Что собой представляет «Бавария» и что на ее фоне «Торпедо»? Девяносто рублей и нуль? По крайней мере, так полагали многие.

Магия имен в этом немецком «ордене» футбола заставляла иных противников заранее падать ниц. В составе, определенном на отчетный матч в «Лужниках» тренером мюнхенского клуба, венгром по происхождению Палом Чернаи, были трое вице-чемпионов недавнего мундиаля в Испании и еще победитель мирового первенства 1974 года – Хенесс. Ворота защищал Жан-Мари Пфафф, голкипер сборной Бельгии, незадолго до старта нового европейского сезона перешедший в «Баварию» из своего родного «Беверена». Не забыть его роскошный бросок на барселонском «Ноу Камп» в открывшей чемпионат мира-82 игре с Аргентиной, когда Марадона и другие виртуозы уже в дебютные мгновения это¬го форума закрутили карусель ажурных комбинаций. Какой мяч потащил в правом углу от Рамона Диаса на 5-й минуте, вытянувшись струной! Дрогни тогда вратарь, и его команда, в основном умеющая контратаковать, потеряла бы всякую надежду на приемлемый результат. А так, она не только лишила аргентинцев блицкрига, но и смогла их одолеть.

Тревога за «Торпедо» в канун его раундов с «Баварией» усугублялась невнятностью показателей клуба, в интервале месяца предшествующего началу охоты за еврокубками разгромленного «Араратом» и «Зенитом», пропустившего от них по четыре мяча. Команда опять шла на превышение лимита ничьих, в отличие от предыдущего сезона не получив серьезного усиления кадрами. Но авторитет соперника в Кубке Кубков для нее выдался не деморализующим, а, наоборот, мобилизующим фактором, что вообще было свойственно советским футболистам, игравшим старательнее и надежнее в той степени, в какой обязывал класс неприятеля. «Мы горели желанием доказать свою способность биться с «Баварией» на равных», - вспоминает Александр Полукаров, который в той московской встрече действовал как левый хавбек. И скоро в ней прояснилось – немцы не столь уж грозны.


"Торпедо" и "Бавария" выходят на матч Кубка Кубков

Тогда, 15 сентября 1982-го, над покрытым густой росой полем «Лужников» струилась дымка, и беговой овал вокруг него блестел зеркалом от накрапывавшего дождя. При такой погоде тренеры особо напоминают о необходимости караулить моменты, чтобы добить скользкий мяч. Впрочем, реагируя на хлесткий и сложный удар Васильева, Пфафф заведомо был вынужден отразить его так, что у Петракова, вбежавшего в штрафную площадь, создалась идеальная возможность гола. Торпедовский форвард ею воспользовался, в касание пробив точно в угол. Хронометр отсчитывал 39-ю минуту матча. Голкипер мюнхенцев, чья светлокудрая шевелюра то и дело мелькала на экране, выхватываемая телекамерой в слепящих лучах стадионного прожектора, когда Пфаффу возвращали ушедший за пределы поля мяч, ранее несколько раз спасал положение, а вот Чанов практически не вступал в игру. Однажды защитник Хорсманн запулил издали и снаряд спикировал в перекладину. Наблюдались энергичные, однако не очень согласованные попытки «Баварии» найти в чужих владениях верную тропу, гаснувшие в силках плотной и грамотной обороны. Бомбардир «бундестим» с титулом лучшего футболиста Европы - Румменигге, взятый под персональную опеку Пивцовым, не демонстрировал ничего выдающегося. На половине «Торпедо» сразу двое-трое «накрывали» владевших мячом гостей. Профи в ярко-красных майках с логотипом спонсора – транспортной фирмы Iveco, систематически натыкались на могучие подкаты. Партия все же смотрелась вполне корректно, что подчеркивалось характером единоборств между диспетчерами – Суслопаровым и Брайтнером, которые помогали друг другу подняться после столкновений, обмениваясь дружескими похлопываниями.



Выпускник харьковского спортинтерната, перешедший в «Торпедо» из львовских «Карпат» Юрий Суслопаров был стержнем в середине поля у черно-белых. С длинными жилистыми ногами, при своей вышине он мог ловко сложиться, наклонив корпус почти до земли, и в такой позе неотвратимо загнать упругий шар в лузу. Если у Жупикова мяч нет-нет да проскакивал между ног, то «Суслик» был из тех, о кого больно ударяться не только в буквальном смысле. Рано схвативший удачу, призываемый под знамена сборных, он вел себя вызывающе, вероятно, раздражаясь от «чугунного» торпедовского футбола. У Бескова в «Спартаке» Суслопарову игралось куда комфортнее, но его время по большому счету тогда уже ушло.

Исход московского матча автозаводцев и «Баварии» во многом предопределился разницей в классе плеймейкеров команд. Тем более, у Суслопарова не задался сезон: в чемпионате СССР забил всего трижды. И в этой встрече, оценивая его акции, немецкий комментатор недвусмысленно произносил, - «Schlecht». В середине второго тайма, выходя из обороны, он потерял мяч. Последовал молниеносный выпад, завершенный Паулем Брайтнером. На первенстве мира 1974 года у себя дома в ФРГ сей полузащитник, с легкой руки современного российского журналиста прозванный за свою львиную копну волос - «Бонифаций» - по имени персонажа мультфильма, заставил капитулировать чилийскую и югославскую крепости, разрядив катапульту из-за штрафной площади. А тут до ворот Чанова оставалось всего ничего. В ближнюю «девятку» мяч летел, наверное, со скоростью двести кило¬метров в час. Описанные в романе «Вратарь республики» чувство страшной, убийственной пустоты перед пальцами бросившегося на удар голкипера и рев трибун, подобный землетрясению – апофеоз гола. Сам Брайтнер при этом выказал радости не больше, чем рабочий, смастеривший деталь.

Мяч был пропущен из центральной зоны, что для «Торпедо» считалось скандалом. Хотя итоговый счет 1:1 не слишком разочаровал обе стороны. К ответной поездке москвичи готовились в приподнятом настроении. Но тут случился казус: при отлете в аэропорту Шереметьево пропала часть багажа с тренировочной формой и бутсами. Видимо, поклажу по ошибке направили в другой самолет. Вся экипировка была от фирмы Adidas, поступавшая автозаводцам, благодаря покровительству министра внешней торговли СССР Патоличева, их болельщика. Связанную с ней историю рассказывают как анекдот. Нападающий Редкоус в гостинице смотрел телевизор, обнажив ступни, окрасившиеся от ношения адидасовских тапочек, и командный хохмач Соловьев, проходя мимо, бросил ему, - «Закрой окно, а то ноги посинели на сквозняке!», между тем, стояла испепеляющая жара. По прибытии в Мюнхен администраторы клуба срочно закупили недостающие комплекты формы в обычных магазинах. Благо, валюта у них имелась. Помогли и работники «Баварии», на время тренировок предоставившие снаряжение.
Знаменитый «Олимпиаштадион», которому неповторимый вид придавали гигантские висячие перекрытия, место проведения финала мирового чемпионата-74, на матче с «Торпедо» был заполнен меньше, чем на треть. Но аура сооружения определенным образом воздействовала даже на опытных визитеров – особенно тех, кто впервые ступал по его футбольному полю. Чанов признавался: такое же чувство он испытывал, например, в Киеве как вратарь «Шахтера» - преследовал соблазн покинуть игру под предлогом травмы из опасения, что «нашвыряют». И в Мюнхене поначалу присутствовала боязнь «запустить» легкий мяч. А вскоре поединок настолько увлек, что звездный статус немцев для нашего голкипера и его партнеров отошел на дальний план, - «Легенд футбола мы воспринимали уже как соперников, кому можно успешно сопротивляться и на их стадионе».

Инициативой, естественно, владела «Бавария», заставившая Чанова продемонстрировать два-три головокружительных броска. Уверенные в победе хозяева снисходительно хлопали по плечу вратаря «Торпедо», ликвидировавшего опасные ситуации. Не забывая контратаковать, гости в первом тайме чуть было не открыли счет со «стандарта» - мяч прошелестел вдоль «ленточки» ворот сквозь массовку. Постепенно с баварцев сошел лоск фаворитов. Да, они могли с бешеной скоростью пройти середину поля, остро исполняли навесы, прострелы. Да, несладко приходилось при их штрафных ударах. Окажись в тот вечер вместо автозаводцев другая московская команда – допустим, изящный «Спартак», почти всегда неудачно выступавший в ФРГ, все, возможно, завершилось бы разгромом. Но у «Торпедо» подбор футболистов и организация игры были сродни немецким. Тактическая дисциплина, бесстрашие фактурных защитников в борьбе за верховые мячи, сковали германскую машину. У «Баварии» проявлялась нервозность, выразившаяся в ударе локтем, который ее капитан Румменигге нанес в солнечное сплетение капитану торпедовцев Пригоде, когда тот повис на его шее и плечах, пытаясь задержать. При этой обоюдной грубости ирландский рефери Карпентер выдал «горчичник» одному Пригоде, корчившемуся на газоне.

За восемь минут до конца встречи едва не родилась сенсация. После того как Дреммлер вблизи штрафной площади неловко коснулся мяча, протаранивший редут Суслопаров возник с глазу на глаз с Пфаффом, и, не рискнув его обводить, пробил в дальний угол. Полагая, что мяч закатывается в сетку, Румменигге и Хенесс в отчаянии рухнули на колени, а Валентин Иванов в элегантном кожаном плаще вскочил с тренерской скамейки. Но на табло остались гореть нули. Сие означало: в следующий круг за счет гола в Москве выходит «Бавария».


Юрий Суслопаров атакует ворота сборной ГДР

Этот эпизод запечатлелся в художественном фильме режиссера Владимира Бортко «Блондинка за углом». По сюжету киноленты, собравшиеся в подсобке сотрудники продуктового магазина, обсуждая закончившийся футбольный телерепортаж, не обращают внимания на покупателя, который ворвался в служебное помещение с возгласом, - «Скажите, лук будут давать?!». Расплакавшись от обиды за команду, героиня в исполнении Татьяны Догилевой, как только Суслопаров на экране ударил «в молоко», выключила телевизор и, сорвав с пальца проспоренный перстень, швырнула его со словами, - «Я бриллиантовое кольцо не пожалею, лишь бы наши буржуев наказали!». Далее из ее уст прозвучал вопрос, который, наверное, пребудет вечным у болельщиков футбола на постсоветском пространстве, - «Не понимаю, почему наши проигрывают?! Все же условия им создают, целый год тренируются!».
Горечь формального поражения Чанову скрасил приз, врученный как лучшему игроку матча — хрустальное ведро от какого-то спонсора. А путь «Баварии» прервался на стадии четвертьфинала, где ее поверг ставший тогда лауреатом Кубка Кубков шотландский «Абердин».

Изменчивый лик вратаря

В список делегатов сборной, отъезжающей на чемпионат мира в Испанию, братьев Чановых включили, когда оставались считанные дни до начала этого турнира. Вызов Вячеславу, едва он возвратился домой, отыграв матч в гостях с краснодарской «Кубанью», принес телефонный звонок, разбудивший среди ночи. Утром его ждали на базе в Новогорске. Потом прошла заключительная перед отлетом на мировой форум репетиция в «Лужниках», где старший Чанов, проведя тайм за команду СССР-2, уступил место в воротах брату Виктору. На Пиренеи он отправился как третий голкипер с номинальным 22-м номером на свитере.


10 июня 1982 года. Перед дальней дорогой

В то время совсем молодой Виктор Чанов уже был вне конкуренции на посту вратаря киевского «Динамо». Считается, что дорогу к футбольным вершинам ему освободил уход из донецкого клуба Вячеслава, которого все видели в «Шахтере» естественным преемником Юрия Дегтярева. Вряд ли, находясь на периферии запасным опытного «первого номера», Виктор очутился бы в поле зрения Лобановского и затем в национальной (хотя, в отношении главной советской команды этот термин звучит условно) сборной. Но не отнять того, что и на тренировках и сверхурочно он «пахал» просто по сумасшедшему. Подвижному как ртуть, импульсивному стражу ворот, столь непохожему по складу характера и манере игры на своего старшего брата, девяноста минут матча, наверное, было мало, чтобы выразить себя. Доказывать свою неординарность поначалу приходилось в альянсе с теми, на кого ему нельзя было по праву голкипера, как следует, прикрикнуть: «шахтерские» старожилы Звягинцев, Пьяных или Рудаков моментально поставили бы «салагу» на место. И он мог, не перекладывая ответственность на чужие плечи, прямо из ничего сотворить в воротах такую «конфетку», что зрители обмирали от восторга. У стремления сыграть эффектно, однако, есть обратная сторона, как у медали. Насколько неколебимо Виктор Чанов провел в марте 1982-го первую четвертьфинальную встречу Кубка чемпионов против «Астон Виллы» в Симферополе, настолько же разочаровал в ответной - в Бирмингеме, где уже на 5-й минуте пропустил между ног несильный удар англичанина Шоу. Быстро чередовавшиеся его успехи и провалы объяснялись недостаточной обстрелянностью, но с годами он продолжал грешить внезапными срывами. Впечатление об игроке складывается из его участия в самых ответственных раундах. Для младшего брата Чанова их итог неоднозначен - пожалуй, за явным исключением блистательной концовки в финале Кубка Кубков на лионском «Жерлане». Да и завершил гастроли на высоком уровне он как-то невнятно, уехав на заработки в не совсем футбольный Израиль в лучшем для голкипера возрасте - чуть за тридцать. Ринат Дасаев тоже преждевременно вышел из ареала всеобщего внимания, смазав финиш своей международной карьеры голом от румынского форварда Лэкэтуша в ближний угол на катастрофическом и последнем для сборной СССР первенстве мира-1990. Хотя ему по большому счету матчи такого ранга удавались, способствуя укреплению его репутации как одного из сильнейших вратарей на планете. Гегемония Дасаева как голкипера главной команды страны тянулась все восьмидесятые годы, пусть и во внутреннем чемпионате, и в еврокубках с неким постоянством его переклинивало: терял позицию, рискованными выходами из ворот заставлял тренеров хвататься за сердце, целыми пачками «глотая» абсурдные голы. Но за него была конъюнктура, говорившая о нежелании штаба сборной менять в данном амплуа фигурантов, а еще, вне всяких сомнений, играла роль внешность Рината, идеально подходившая к глянцу модных западных журналов. Стройный как тополь, гибкий и узкобедрый, в рамке – само воплощение грации, он запомнился не только высшим пилотажем в плоскости ворот, а и тем, что первым из отечественных голкиперов начал бросаться ногами вперед на атакующего соперника. Этот внешне разумный прием самообороны стал выглядеть грубым и грязным после того, как его жертвой пал форвард минского «Динамо» Анатолий Байдачный, сломав которого, Дасаев нажил множество врагов, произносивших его обычное прозвище – «Татарин», с нарицательной интонацией. Но в ключевой битве за выход в следующий этап испанского чемпионата мира из шестой группы, где нашим требовалось проскочить между Сциллой Бразилии и Харибдой Шотландии, Ринат не решился на контакт с нападающим британцев Джорданом, который, подхватив мяч, нелепым образом потерянный Чивадзе, вырвался на оперативный простор. Советский вратарь притормозил во встречном движении, нервно затоптался и получил гол. Эта результативная помарка, впрочем, была единственной на том турнире у Дасаева, чья фамилия присутствовала фактически во всех вариантах символических сборных. Его и объявили лучшим кипером Союза по итогам 1982 года, хотя сезон в «Спартаке» ему заметно не удался. Не будет преувеличением сказать, что великолепная игра Рината Дасаева на мундиале в Испании в немалой степени заслуга Вячеслава Чанова. В автобиографической книге «Команда начинается с вратаря» он благодарит последнего за моральную поддержку и советы. Помощь со стороны торпедовца ими не ограничилась. Накопивший в виде конспектов солидный багаж теории, взявший на себя функцию тренера вратарей сборной, тот предложил ряд новых упражнений. Во время первенства мира Дасаев и старший Чанов проживали в одном номере и отдельно готовились к матчам. Собственно, конкретный представитель клуба-середняка был подключен в компанию к голкиперам из ведущих команд именно в качестве их старшего товарища и наставника на крупнейшем турнире. За кандидатуру Вячеслава тогда высказался Лев Яшин.

Мундиаль-82 стал бенефисом вратарской гильдии. Ярко проявили себя итальянец Дзофф, поляк Млынарчик, упоминавшийся бельгиец Пфафф, австриец Консилиа, Дженнингс из Северной Ирландии, пружинными сэйвами потрясал воображение камерунец Томас Н`Коно по прозвищу «Черный ягуар», чья не потерпевшая поражения сборная лишь по разнице мячей выпала за борт второй фазы чемпионата. И, в общем-то, всего один актер названного амплуа покинул этот спектакль не просто с подмоченной репутацией, а с пожизненным клеймом «франгейро», по-русски – «пеночника».


"Франгейро" Валдир Перес

Над бывшим киевским динамовцем Андреем Балем в дружеском кругу до сих пор подтрунивают за «гол перцу». Наводнившая арену «Рамон Санчес Писхуан» в Севилье бразильская торсида оцепенела, наблюдая, как привратник их непобедимой команды Валдир Перес не сумел парировать мяч, летевший ему под ноги с дистанции, откуда задрапированная сетью мишень видна лишь в бинокль. Похожим образом чудил в 1970-м другой голкипер «селесао» Феликс. Но его афронты не возымели последствий, растворившись в чемпионской эйфории сборной Бразилии, а Валдир Перес, кстати, очень похожий внешне на товарища по неблагодарной вратарской работе лысоватого минчанина Юрия Курбыко, был назван единственным слабым звеном команды кудесников мяча и главным виновным ее невыхода даже в полуфинал мундиаля. Хотя ни в одной из пропущенных им остальных «банок» на том первенстве, включая хет-трик итальянца Росси в поединке, вошедшем в историю как «Трагедия на «Саррии», его не обвинить. Правда, если и отражал он тогда удары, то лишь направляемые в него, и непослушный мяч отскакивал от этого голкипера, словно от кирпичной кладки. Нервы! А ведь он, по идее, совсем неплохой вратарь, слывший специалистом по пенальти, в чем довелось убедиться во время европейского турне бразильцев за год до мирового чемпионата. Гости из Южной Америки вели 2:1 на игре в Штутгарте со сборной ФРГ, когда был назначен одиннадцатиметровый в пользу немцев. К отметке в центре штрафной вышел «казнить» не кто-нибудь, а Брайтнер собственной персоной. Такие удары для него – плевое дело. На сей же раз «Бонифаций» небрежно исполнил номер, «перчаточник» накрыл мяч. Посчитав, что «приговоренный к расстрелу» сдвинулся раньше положенного момента, судья распорядился перебить – мгновение, и Валдир де Арруда Перес летит в другой угол, снова отводя кару Пауля Брайтнера. Шутка ли?! Увы, доля хранителя ворот тем и опасна, что запоминаются в первую очередь не его подвиги, а ляпы, особенно - канонические, наподобие того, что совершил московский спартаковец Александр Филимонов, забросивший к себе в сетку мяч, кручено поданный с края Андреем Шевченко во встрече Россия - Украина. Этот гол аукнулся Филимонову в ситуации, не имевшей отношения к футболу: стоило ему появиться свадебным генералом на презентации какого-то магазина, как в него из толпы швырнули бутылку. А какие душевные муки испытывал вратарь «бундестим» Шумахер, нерасчетливо выскочивший на перехват фланговой подачи в финале мексиканского чемпионата мира 1986 года, что обернулось первым в игре голом аргентинцев! О страданиях в связи с тем «козлиным прыжком в пустоту», приводивших к мысли о самоубийстве, он рассказал в книге «Свисток». Безусловно, даже футболист привыкший взвешивать на поле каждое свое действие, не гарантирован от жестоких ошибок, при которых главное – не подавать виду. У Вячеслава Чанова и в этом случае сохранялась на лице непроницаемая маска: «Партнеры оборачиваются, а у тебя морда «керзовая», и те успокаиваются». Теперь, наставляя учеников, он всегда напоминает: класс голкипера, прежде всего, определен его внутренним состоянием. На тренировках иные из вратарей творят чудеса, а в матче внезапно расклеиваются – важный штрих к той иллюстрации, что в обычной жизни и на спортивном ристалище они могут проявлять себя совершенно по-разному. «Переступив черту футбольного поля, превратившись в робота, я был готов убить, хотя в повседневности мухи не обижу, - выдал откровение Чанов, - Когда я выступал за немецкий клуб, шаг за шагом поднимавшийся над планкой любительства, соперники взялись охотиться за мной. Поймать или отбить мяч в броске, тут же приняв на корпус и уложив сразу двоих конкурентов, стало моей нормой. Но однажды, подкараулив, подсекли, да так, что я плюхнулся спиной на газон со всего маха, и наш тренер подумал – с этим русским кончено. Встаю – больно. Взглянув в упор, говорю, - «Ист тот!» - «Ты – мертвый!». Обидчик испугался и попросил замену».

Ступор «красной машины»

Матч же с бразильцами в Севилье оказался многоактной драмой. Во втором тайме, когда советская сборная, изнуренная сорокоградусным зноем и все усиливавшимся натиском противника, съежилась на своей половине, вместо Гаврилова, который один раз издевательски прокатил мяч между ногами «доктора Сократеса», выпустили Суслопарова укрепить полузащиту. Однако «Суслик» добавил очередную фальшивую ноту в прозвучавший для него сплошным диссонансом сезон. Более неудачной попытки войти в борьбу не придумать: и сам не вынес мяч ударом в зенит по-торпедовски, и партнеру помешал, первым касанием отпасовав Сократесу. Стремясь спасти положение, виновник в отчаянном подкате рванулся на бразильского капитана. Но последний легко ушел от стыка и неотразимо засадил метров с двадцати под перекрестье штанг. Еще через двенадцать минут не менее эффектный гол, ставший победным, забил их крайний форвард Эдер, а Суслопарова не подпускали больше к матчам сборной. Этот ли эпизод незаживающей раной врезался в его душу или по другой причине, но жизнь футболиста, в конце концов, обернулась цепью сплошных мучений. Разведясь с женой, он обитал в однокомнатной квартире в Чертаново, работал охранником в алкогольном супермаркете «Ароматный мир» и пристрастился к выпивке, частенько просиживая за стаканом в кафе у Павелецкого вокзала, откуда его привозили домой в бесчувственном виде. Не всегда в состоянии оплатить порцию спиртного, бывший игрок «Торпедо» и сборной, кумир болельщиков и любимец женщин прилюдно ползал на коленях, умоляя поднести ему водки. Юрий Суслопаров нашел гибель в пятьдесят три года. Его обнаружили бездыханным в сарае подмосковного села, с покрытыми сажей пятками на матрасе, тлевшем от оброненного окурка. Экспертиза показала, что умер он не от угара, а захлебнувшись слюной во сне пьяным.


Матч СССР - Бразилия на чемпионате мира-1982. Сократес и Юрий Гаврилов

Публичная критика по случаю того поражения советской команды, тем не менее, сосредоточилась не на просчетах игроков и тренеров, а на судившем матч испанском рефери Ламо Кастильо, которого во всех ведущих газетах Европы костерили, называя «Позором нации». По правде сказать, в его решениях не было беспредела, сопровождавшего встречи сборной СССР на чемпионатах мира в 1986-м и 1990-м. Ему точно далеко, например, до арбитра из Швеции Фредрикссона, не заметившего как Марадона своей «божьей рукой» выбил мяч, летевший в сетку аргентинских ворот после удара нашего нападающего. Да, Ламо Кастильо не назначил на первый взгляд очевидный пенальти за снос Шенгелия, выбегавшего один на один с вратарем бразильцев, отменил гол этого же форварда якобы из-за офсайда, который подтвердить или опровергнуть в силу скоротечности момента достаточно сложно. И проигнорировал то, как Луизиньо баскетбольным приемом опять же в штрафной площади отбросил мяч от Блохина. Хотя и Бразилию в том противостоянии судья лишил законного одиннадцатиметрового, ограничившись распоряжением о свободном ударе незадолго до перерыва. В отчетах прессы сделан акцент на равном характере дуэли, по крайней мере – в ее первой половине, однако расклад технико-тактических действий свидетельствует о безоговорочном перевесе латиноамериканцев. Они заставили Дасаева трудиться в поте лица, тогда как появления Валдира Переса в центре событий можно перечесть на пальцах одной руки. В отличие от итальянцев, наша сборная, не раскусившая относительной слабости бразильской обороны, толком подобрать к ней ключи не смогла. Либо не рискнула это сделать. С другой стороны мощь команды Сократеса, Фалькао, Жуниора, Зико, воспринималась как индульгенция проигравшим. Сборную Советского Союза по возвращении в отель, расселенные там же болельщики, прибывшие на океанском лайнере, выстроившись живым коридором, приветствовали аплодисментами. Журналист Теймураз Мамаладзе в заметках «Танго Испания» писал: «Сила бразильцев такова, что не унижает соперника, а возвышает его».

Либерализация общества в СССР тогда еще не наступила, а веяние этих грядущих перемен известные спортсмены страны уже вовсю ощущали. В кои-то веки советским футболистам разрешалось приехать на ответственные соревнования за рубежом вместе с женами, как это случилось в Испании-82? Более того, на первых порах делегацию разместили в курортном отеле, где плескались в бассейне у всех на глазах обнаженные немецкие туристки. Игроков никто не подавлял идеологически, требуя побед любой ценой. Но даже в матче с любителями из Новой Зеландии «красная машина», с легкостью громившая валлийцев, чехов и турок предыдущей осенью в отборочном цикле, была закрепощенной и несогласованной, вымучивая успех со счетом 3:0. От шотландцев еле-еле «отскочили», вытянув ничью, которая выводила в следующую стадию турнира. Дальше команда закономерно уперлась лбом в стену, подвергнувшись остракизму прессы за осторожный и бесцветный футбол.

Аморфность многое обещавшей советской сборной, после 12-летней паузы вернувшейся в число участников финального этапа мундиаля, объясняют произошедшим ее разделением на группировки – московскую, киевскую и закавказскую. Чанов отрицает этот вывод, утверждая, что разлада между футболистами по национальному и клубному признакам не существовало. Вот реальное единоначалие отсутствовало. Если старший тренер планировал замену игрока, то полководец тбилисского «Динамо» Нодар Ахалкаци, введенный в триумвират вождей команды, заявлял, - «Моих не трогать!». Главой этой руководящей троицы по приезде на Пиренеи был Константин Бесков, но раздосадованные концовкой матча с Бразилией кураторы из Госкомспорта (в частности, небезызвестный Валентин Сыч) передали бразды правления Лобановскому, изменившему систему подготовки. В кулуарах говорили о том, что продолжи сборная тренироваться в спартаковском ключе – «дамским ходом», возможно, ее игра не оказалась бы столь удручающей, как при означенной попытке аврального ремонта. Вдобавок, золотая середина в результатах киевского мэтра при всем его рационализме отсутствовала – команды получались у него или термоядерные, или вообще никакие. Сам он свято верил в собственную непогрешимость, ставя критиков в угол фразой, - «Судить об этом может лишь профессионал, а не дилетант».


Гениальный "Дато"

Лобановский не поддержал идею взять в Испанию Давида Кипиани, который олицетворял собой «Динамо» (Тбилиси), озарившее футбольный небосклон на старте 80-х, подобно мимолетной комете. Бытует мнение: этот блестящий организатор игры, диспетчер с феноменальным дальним пасом, на то время не уступал в классе французу Платини и превосходил Сократеса. По итогам международного опроса ему досталось место в мировой пятерке наиболее ярких футболистов 1981 года. В грузинской столице публика любовно звала его - Дато, а в клубе и сборной авторитет Кипиани подтверждался прозвищем «Сталин». Травма на турнире в Мадриде, где тбилиссцы участвовали как новые обладатели Кубка Кубков, никоим образом не исключала его из круга кандидатов главной футбольной ассамблеи четырехлетия, которая для целых плеяд мастеров, словно подарок судьбы и уникальный шанс. За два месяца до открытия первенства мира он вновь порадовал вдохновенной игрой, забив два гола минским одноклубникам, дав окрепнуть надежде на его скорое возвращение в сборную. Но не случилось, и Кипиани распрощался с футболом. Это далеко не единственная потеря, будто по воле рока настигшая команду СССР накануне мундиаля, где при других обстоятельствах наш экипаж был обязан разбить доставшуюся во второй фазе чемпионата в оппоненты сборную Польши. Правда, матч с поляками имел подоплеку далекую от спорта: экспансия их национального движения «Солидарность», требовавшего возвращения страны в западную цивилизацию, отзывалась призраком двадцатого года и дежавю сражения под Варшавой, наступать на которую вновь готовились советские войска. Пакт о ненападении на футбольном поле (встреча СССР – Польша на «Ноу Камп», напомним, завершилась выгодной для соперника нулевой ничьей при пассивности обеих сторон), наверное, в этой обстановке выглядел обоснованным. Тем больнее было видеть крушение потенциально сильнейшей сборной Союза по футболу в ее истории и тем нелепее звучали доводы вице-президента ФИФА Вячеслава Колоскова о нехватке опыта как первопричине ступора «красной машины».

Tags:

?

Log in

No account? Create an account